Глава 2

Судебно-контрольное производство
в стадиях досудебного производства
и предварительного расследования

2.1. Досудебные этапы уголовного процесса

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Конституции РФ арест, заключение под стражу, а равно содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 ч. В силу ч. 2 ст. 23 ограничение права личности на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений допускается также исключительно на основании судебного решения. Помимо этого, в ст. 25 зафиксировано; "Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения".

Эти положения основного закона России инкорпорированы в УПК, принятом 18 декабря 2001 г. и введенном в действие с 1 июля 2002 г.¹ Так, в силу ч. 2 ст. 29 только суд, в том числе в ходе досудебного производства, правомочен принимать решения:

1) об избрании меры пресечения в виде заключения пол стражу, домашнего ареста;

2) о продлении срока содержания под стражей;

3) о помещении подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства соответственно судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы;

32

4) о производстве осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц;

5) о производстве обыска и (или) выемки в жилище;

6) о производстве личного обыска, за исключением случаев, предусмотренных ст. 93;

7) о производстве выемки предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях;

8) о наложении ареста на корреспонденцию, разрешении на ее осмотр и выемку в учреждениях связи;

9) о наложении ареста на имущество, включая денежные средства физических и юридических лиц, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях;

10) о временном отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности в соответствии со ст. 114;

11) о контроле и записи телефонных и иных переговоров. Кроме того, в силу ч. 3 ст. 29 УПК в ходе досудебного производства суд правомочен рассматривать жалобы на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя в случаях и порядке, которые предусмотрены ст. 125. Эта норма уголовно-процессуального закона является механизмом реализации конституционного положения о том, что все решения и действия органов государственной власти и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Как видим, права и свободы человека и гражданина не только провозглашены в ст. 18 Конституции РФ непосредственно действующими, но и отраслевое законодательство содержит нормы, позволяющие суду гарантировать защиту законных интересов как отдельной личности, так и юридических лиц, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства. Однако, как известно, от регламентации прав и до их реального обеспечения государственной властью "дистанция огромного размера". Это объективно и легко объяснимо: писаные нормы - законы далеко не всегда соответствуют реальным возможностям государства и общества по их обеспечению, а главное, правосознанию как правоприменителей, так и большинством населения страны.

Тем не менее вышеприведенные конституционные и уголовно-процессуальные нормы относятся к реально действующему праву, эффективность которого, как известно, зависит прежде всего от наличия у конкретных участников процесса навыков по его применению, а уж потом от технико-юридического совершенства самого закона. Каковы же практические рекомендации для участников процесса по применению норм уголовно-процессуального права в несколько

33

непривычном для большинства приверженцев старой школы виде государственной деятельности - судебно-контрольном производстве, осуществляемом в стадии предварительного расследования преступлений? Судебно-контрольное производство хотя и является составной частью уголовного процесса по конкретному уголовному делу, ведется судом параллельно дознанию или предварительному следствию, причем возбуждается исключительно по инициативе участников процесса и в строго очерченных в законе рамках.

Под судебным контролем, в строгом смысле этого слова, обычно понимают систему предусмотренных уголовно-процессуальным законом средств, призванных обеспечить реализацию судом конституционных функций судебной власти, что в конечном счете должно исключить незаконное и необоснованное ограничение прав личности в уголовном процессе, обеспечить восстановление этих прав в случае их нарушения, а также компенсировать их средствами права¹ .

Предметом судебно-контрольного исследования могут быть как решения и действия органов предварительного расследования и прокуроров, имевшие место в прошлом, на которые заинтересованными в защите своих прав лицами поданы жалобы, так и намерения органов предварительного расследования и прокуроров в будущем существенно ограничить конституционные права участников процесса, о чем эти представители стороны обвинения в установленном законом порядке ходатайствуют перед судом.

Безусловно, к числу наиболее сложных процессуальных действий относится заключение под стражу. Поспешность, непродуманность действий субъектов процесса, участвующих в решении этого вопроса, ведет либо к незаконному аресту, что всегда чревато грубым нарушением прав и свобод человека и гражданина, причинением ему нравственных и физических страданий, либо к таким негативным последствия, как совершение лицом нового преступления, уклонение его от явки в суд, воздействие на свидетелей, потерпевших.

Заведомо незаконное задержание, заключение под стражу или содержание под стражей являются преступлениями против правосудия и влекут уголовное наказание (ст. 301 УК).

Кстати, в России не допускается возложение полномочий, предусмотренных ст. 108 УПК, на одного и того же судью на постоянной основе, что по замыслу законодателя является дополнительной гарантией соблюдения прав и законных интересов личности. Эти

34

полномочия в многосоставных судах разделяются между судьями согласно принципу распределения уголовных дел.

Проведение предварительного расследования по уголовному делу должно быть организовано таким образом, чтобы оно было завершено в возможно кратчайшие сроки. Однако, как показывает судебная практика, выполнить необходимый объем следственных действий в установленные законом два месяца удается далеко не всегда. Затягивание сроков предварительного расследования зачастую обусловлено не сложностью и даже не громоздкостью уголовных дел, а элементарной нераспорядительностью конкретных должностных лиц, осуществляющих дознание, следствие, низким профессионализмом руководителей органов предварительного расследования, надзирающих за ними прокуроров.

Особую социальную значимость подобного рода недостатки приобретают тогда, когда в отношении одного, а то и целой группы обвиняемых судом избрана такая мера пресечения, как заключение под стражу. Прикрываясь судебным решением об аресте обвиняемых, некоторые недобросовестные следователи манкируют своими служебными обязанностями, демонстративно рассчитывая на то, что их волокита все равно будет "узаконена" судом, так как освободить из-под стражи преступника никто не решится.

Подобное отношение следователей и прокуроров к своим обязанностям в значительной мере обусловлено тем, что до 1 июля 2002 г. вопрос о продлении сроков содержания обвиняемых под стражей всецело находился в компетенции прокуроров, которые не только не следили за соблюдением конституционных прав граждан в уголовном судопроизводстве, но и, являясь фактически организаторами уголовного преследования, использовали заключение под стражу в качестве формы психологического, а то и физического давления на привлеченных к уголовной ответственности лиц.

Закрепление в УПК ключевых конституционных положений о том, что решение вопроса о свободе и личной неприкосновенности любого лица находится в исключительной компетенции суда, существенно изменило ситуацию к лучшему. Судебная практика показывает, что число арестованных по уголовным делам всех категорий за первый год действия УПК в некоторых регионах сократилось наполовину. В какой-то мере это обусловлено декриминализацией целого ряда преступных деяний, более вдумчивым отношением следователей и прокуроров к порученному им делу, однако в достигнутом результате велика и роль суда, выступающего в качестве действенного гаранта прав и свобод граждан.

В то же время следует признать, что практика выполнения судами отдельных судебно-контрольных действий, а также

35

процедуры участия в них сторон все еще продолжает формироваться. Непрерывно проводится анализ ее результатов, на основании которого совершенствуются рекомендации для практических работников. В определенной степени неустойчивость судебной практики обусловлена перманентными изменениями законодательства. Например, в течение первого года действия УПК изменения в ст. 108- 109 вносились дважды. Отчасти это объясняется квалификацией современного законодателя, отчасти - первыми практическими уроками, извлеченными обществом после перехода права на арест от власти исполнительной (прокурорской) к власти судебной.

Несмотря на это, с уверенность можно констатировать, что с момента введения в действие УПК судам, органам прокуратуры, предварительного расследования и адвокатам удалось не только организовать оперативное разрешение ходатайств о заключении подозреваемых, обвиняемых под стражу, но и обеспечить соответствующий мировым стандартам уровень законности, обоснованности и справедливости принимаемых судами решений.

Достигнутые результаты в значительной мере подтверждают то, что российские суды, заняв в конце XX в. подобающее им место в системе власти, активно участвуют в осуществлении уголовной политики государства, одним из направлений которой является своевременное заключение под стражу лиц, виновных в совершении общественно опасного деяния.

Естественно, что в условиях состязательности осуществление правосудия, а равно и судебного контроля в стадии предварительного расследования незамедлительно превращается в фикцию, если в процессе не обеспечен надлежащий уровень работы сторон, прежде всего таких их профессиональных представителей, как дознавателей, следователей, прокуроров и адвокатов.

В основе содержания лица под стражей всегда должна быть доказанность его вины в совершении преступления на момент рассмотрения судьей ходатайства о заключении под стражу в суде. Бремя доказывания вины подозреваемого, обвиняемого, в том числе на этапе заключения их под стражу, возложено на сторону обвинения, а именно дознавателей, следователей и прокуроров.

Утверждения отдельных авторов о том, что на данном этапе движения уголовного дела говорить о доказанности вины рановато, поэтому судьи не вправе опираться только на конкретные факты, им следует больше доверять формальным выводам стороны обвинения, содержащимся в ходатайстве о заключении подозреваемого, обвиняемого под стражу, несостоятельны. Представляется, что это не более чем демагогия далеких от практики лиц.

36

Главное в уголовном процессе, его истинное содержание - доказанность виновности либо невиновности подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления лица. Подтверждение любого процессуального решения имеющимися в уголовном деле доказательствами - залог его законности, обоснованности и справедливости. Причем правило, которое выстрадано всеми народами за тысячелетия развития уголовного процесса, таково: для вынесения решения о заключении подозреваемого, обвиняемого под стражу суду (судье) требуется истина, не вызывающая сомнений. Отступление от этого правила неизбежно приведет правоприменителя к незаконному аресту.

Впервые в отечественной процессуалистике нами ставится вопрос о необходимости освобождения обвиняемого из-под стражи только ввиду явной и систематической волокиты по делу. Необходимо установить гармонию между законностью и целесообразностью при принятии судьями процессуально значимых решений по делу в стадии предварительного расследования.

Общеизвестно, что эффективность защиты в значительной степени обусловлена наличием у адвоката профессиональных знаний о методике работы как стороны обвинения, так и суда. Судебный контроль - сравнительно новый вид судебной деятельности. В этой связи в настоящем издании не только содержится методика работы собственно адвоката, но и изложен алгоритм процессуального поведения дознавателей, следователей, прокуроров и судей.

Понятие судебного контроля в стадии предварительного расследования. Право на судебную защиту вытекает из закрепленного в ст. 21 Конституции РФ принципа охраны достоинства личности, предполагающего, в частности, обязанность государства обеспечивать каждому возможность отстаивать свои права в споре с любыми органами и должностными лицами, в том числе осуществляющими предварительное расследование по уголовным делам.

Возбуждение уголовного дела и предварительное расследование являются досудебными стадиями производства по уголовному делу, основное назначение которых состоит в обеспечении условий для эффективного осуществления правосудия по уголовным делам. После передачи материалов уголовного дела с обвинительным заключением (обвинительным актом) в суд именно этот орган, разрешая дело на основе исследования в судебном заседании всех его обстоятельств, осуществляет проверку процессуальных актов и других материалов досудебного производства. При этом судом проверяются, в том числе по жалобам и заявлениям заинтересованных лиц, такие действия (бездействие) и решения органов расследования, которые связаны с ограничением прав и свобод участников процесса.

37

Осуществление судебного контроля после завершения предварительного расследования само по себе не может расцениваться как нарушение права на судебную защиту, так как гарантирующая ч. 2 ст. 46 Конституции РФ не определяет конкретные процедуры реализации этого права, не исключает возможности судебной проверки жалоб на действия и решения органов предварительного расследования и после передачи уголовного дела в суд.

Однако если соответствующие действия (бездействие) и решения органов расследования не только затрагивают собственно уголовно-процессуальные отношения, но и порождают последствия, выходящие за их рамки, существенно ограничивая при этом конституционные права и свободы личности, отложение проверки законности и обоснованности таких действий до стадии судебного разбирательства может причинить ущерб, восполнение которого в дальнейшем окажется неосуществимым.

В этих случаях контроль за действиями (бездействием) и решениями органов предварительного расследования со стороны суда, имеющий место лишь при рассмотрении им уголовного дела, т.е. на следующем этапе производства, не является эффективным средством восстановления нарушенных прав, и поэтому заинтересованным лицам должна быть обеспечена возможность незамедлительного обращения в ходе расследования с жалобой в суд.

Вместе с тем суд при проверке в период предварительного расследования тех или иных процессуальных актов не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по уголовному делу. Иное противоречило бы конституционному принципу независимости суда (ст. 120 Конституции РФ), гарантирующему в условиях состязательного процесса объективное и беспристрастное осуществления правосудия по уголовным делам.

Таким образом, судебный контроль¹ на досудебных этапах уголовного судопроизводства - это особый, самостоятельный, хотя и не выходящий за рамки уголовного судопроизводства, вид судебной деятельности, направленный на обеспечение прав, свобод человека и гражданина, а равно их защиту и незамедлительное восстановление в случае, если у заинтересованных лиц возникли основания

38

полагать, что их права и свободы органом дознания, дознавателем, следователем либо прокурором нарушены, а законные интересы проигнорированы.

В толковом словаре В.И. Даля понятие "контроль" определяется как проверка чего-либо, в то время как слово "надзирать" трактуется как синоним слову "присматривать"¹ . Из этимологической трактовки терминов правильнее было бы понимать прокурорский надзор как наблюдение за точностью соблюдения законов, в то время как судебный контроль - это фундаментальная проверка спорного вопроса. Однако судебно-контрольная деятельность в нынешнем понимании ранее называлась надзорной² . Такой же терминологии придерживаются и некоторые процессуалисты наших дней³ .

Несколько упрощенно терминологическую проблему трактует Ю.А. Дмитриев. По его мнению, контролирующий орган вправе отменить незаконное решение, а надзирающий может всего лишь указать на ошибку⁴ . Вместе с тем, как известно, надзирающий прокурор по УПК вправе не только указывать на ошибки, но и в стадии предварительного расследования отменять все незаконные решения.

В последнее время большинство авторов термин "судебный контроль" толкуют максимально широко, понимая под ним весь спектр судебно-контрольной деятельности, начиная от проверки законности и обоснованности отказа в принятии заявления и заканчивая проверкой уголовного дела в порядке надзора Президиумом Верховного Суда РФ⁵ .

Истинная суть судебного контроля на досудебных этапах уголовного судопроизводства, социальное предназначение его процедур могут быть осознаны в полной мере только в контексте доктрины разделения властей при условии правильного понимания места и роли суда в механизме государственного управления.

Основы классификации судебного контроля на досудебных этапах уголовного процесса. Судебно-контрольные действия легко разделить

39

на виды. В основе такого деления - компетенция инициатора судебно-контрольного производства. В лице последнего могут выступать как органы государственной власти, представляющие сторону обвинения, так и любые иные участники процесса.

Подразделение судебного контроля по форме обусловлено тем, что далеко не на все процессуальные действия распространяется принцип текущей состязательности. Так, выдавая разрешение на производство следственных действий в порядке, предусмотренном ст. 165 УПК, суд совершенно не интересуется тем, что в данный момент по этому поводу думают сторона защиты, третьи лица.

Наконец, по режиму проверки судебный контроль в стадии предварительного расследования может быть и превентивным, и постфактум. В первом случае суд проверят законность, обоснованность пока только намерения дознавателя, следователя и прокурора пойти на существенное ограничение конституционных прав участников уголовно-процессуальных отношений. Во втором случае суд, получив обоснованную жалобу, сталкивается с реальными нарушениями конституционных и процессуальных прав участников процесса.

Судебно-контрольные действия в стадии предварительного расследования условно делят на четыре вида.

К первому из них относится компетенция суда по:

• избранию в отношении подозреваемых, обвиняемых меры пресечения в виде заключения под стражу (ст. 108 УПК);

• продлению сроков содержания обвиняемых под стражей (ст. 109);

• избранию в отношении обвиняемых меры пресечения в виде домашнего ареста (ст. 107);

• помещению подозреваемых, обвиняемых, не содержащихся под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства соответственно судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы (п. 3 ч. 2 ст. 29).

Вторым видом судебно-контрольной деятельности в стадии предварительного расследования является принятие судом решений о (об):

• производстве осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц (п. 4 ч. 2 ст. 29, ч. 5 ст. 177 УПК);

• производстве обыска или выемки в жилище (п. 5 ч. 2 ст. 29, ст. 165, 182);

• производстве личного обыска, за исключением случаев, предусмотренных ст. 93 (п. 6 ч. 2 ст. 29, ст. 184). Личный обыск может быть произведен без соответствующего постановления при задержании лица или заключении его под стражу, а также при наличии

40

достаточных оснований полагать, что лицо, находящееся в помещении или ином месте, в котором производится обыск, скрывает при себе предметы или документы, которые могут иметь значение для уголовного дела (ч. 2 ст. 188);

• производстве выемки предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях (п. 7 ч. 2 ст. 29);

• наложении ареста на корреспонденцию и выемке ее в учреждениях связи (п. 8 ч. 2 ст. 29, ст. 185);

• наложении ареста на имущество, включая денежные средства физических и юридических лиц, находящиеся на счетах и вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях (п. 9 ч. 2 ст. 29);

• контроле и записи телефонных и иных переговоров (п. 11 ч. 2 ст. 29);

• временном отстранении подозреваемого, обвиняемого от должности в соответствии со ст. 114 (п. 10 ч. 2 ст. 29);

• эксгумации (ч. 3 ст. 178).

Третий вид судебно-контрольной деятельности на досудебных этапах уголовного процесса регламентирован ст. 448 УПК. Он связан с особенностями производства в отношении отдельных категорий лиц, к числу которых закон относит:

• членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, депутатов представительных органов государственной власти в субъектах Федерации; депутатов и выборных должностных лиц в системе местного самоуправления;

• судей;

• Председателя Счетной палаты РФ, его заместителей и аудиторов Палаты;

• Уполномоченного по правам человека в РФ;

• Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, а также кандидата в Президенты РФ;

• прокурора;

• следователя;

• адвоката (ст. 447 УПК).

Процедура привлечения к уголовной ответственности действующего Президента РФ урегулирована ч. 1 ст. 93 Конституции РФ и по существу является одной из разновидностей судебного контроля на досудебных этапах уголовного процесса, осуществляемого судами общей юрисдикции.

Четвертый вид - собственно компетенция суда по рассмотрению заявлений и жалоб на действия органов предварительного расследования и прокуроров (ст. 125 УПК).

41

За истекшее десятилетие в России сложились следующие формы и режимы судебного контроля в стадии предварительного расследования преступлений.

Первая форма - рассмотрение в открытом состязательном процессе постановлений органов дознания, дознавателей, следователей и прокуроров об избрании меры пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого, о продлении сроков содержания обвиняемого под стражей.

В таком же режиме рассматриваются представления прокуроров о возбуждении уголовных дел в отношении лиц, перечисленных в ч. 1 ст. 448 УПК. Разновидность этой формы судебного контроля - закрытый состязательный процесс¹ .

Особенности закрытого состязательного процесса (ст. 107-109, 448 УПК):

• инициатор судебно-контрольного действия - специально уполномоченные на то субъекты стороны обвинения;

• процедура судебного контроля детально регламентирована в законе и всегда предшествует процессуальному действию, осуществление которого возможно только в случае согласия суда на ограничение конституционных и процессуальных прав подозреваемого, обвиняемого.

Вторая форма - рассмотрение в закрытом несостязательном процессе постановлений органов предварительного расследования и прокурора о получении у суда разрешений на производство следственных действий (ч. 2 и 3 ст. 165, ч. 3 ст. 178 УПК). В данном случае закон предусматривает не только превентивную, как в предыдущем случае, форму судебного контроля, но и констатацию судом законности и обоснованности решений и действий органов предварительного расследования (прокуроров) в режиме постфактум.

Третья форма судебного контроля - рассмотрение в открытом состязательном процессе жалоб на решения и действия (бездействие) органов предварительного расследования, прокуроров. Как и в первом случае, разновидность этой формы судебного контроля - закрытый состязательный процесс. Режим проверки - всегда постфактум.

Все судебно-контрольные действия, за исключением указанных в ст. 448 УПК и ч. 1 ст. 93 Конституции РФ, осуществляются судьями районных федеральных судов единолично. Еще одним исключением из этого правила является продление сроков содержания обвиняемых под стражей при ознакомлении их с материалами уголовного дела

42

(ч. 7 ст. 109 УПК). По закону это компетенция суда субъекта Федерации. В первом исключении - это решение коллегиально трех судей, во втором - ходатайство разрешается судьей единолично. Кассационные жалобы на решения первой судебно-контрольной инстанции разрешаются второй судебной инстанцией в обычном порядке (гл. 43, 45 УПК).

Цель судебного контроля на досудебных этапах уголовного судопроизводства - общая превенция в сфере защиты прав, свобод и законных интересов всех без исключения участников процесса, а также восстановление уже нарушенных их прав и свобод.

Пределы судебного контроля в стадии предварительного расследования. На досудебных стадиях судопроизводства допускаются обжалование в суд постановлений дознавателя, следователя, прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие), которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию. Такие решения и действия (бездействие) обжалуются в суд по месту производства предварительного расследования (ст. 19, ч. 1 ст. 125 УПК).

Лицом, обжалующим в стадии предварительного расследования решения, действия (бездействие) дознавателя, следователя и прокурора, должны быть соблюдены следующие условия.

Во-первых, по смыслу закона в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК, могут быть обжалованы решения, действия (бездействие) органов предварительного расследования, прокуроров лишь по конкретным уголовным делам.

Исключением из этого правила является право на обжалование постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. В силу ч. 5 ст. 144 УПК по правилам ст. 125 может быть обжалован отказ в принятии компетентным органом документов, являющихся поводом к возбуждению уголовного дела: заявления о преступлении (п. 1 ч. 1 ст. 140), явки с повинной (п. 2). В данном случае жалоба подается на решение или действие органа, на который законом возложена обязанность принять, зарегистрировать заявление о совершенном (готовящемся) преступлении, решить вопрос о возбуждении уголовного дела (отказе в возбуждении уголовного дела), направить заявление о преступлении по подведомственности.

Во-вторых, обжалованию подлежат лишь решения, действия (бездействие) дознавателя, следователя и прокурора, которые являются специально уполномоченными на проведение процессуальных (а равно следственных) действий должностными лицами и в уголовном процессе представляют сторону обвинения.

43

Одновременно могут быть обжалованы решения, действия (бездействие) сразу нескольких должностных лиц, например следователя, начальника следственного отдела и прокурора, при условии, что они связаны между собой.

В-третьих, обжалуются решения и действия (бездействие), которые причинили или действительно способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.

Практика осуществления судебного контроля за законностью и обоснованностью, а когда это требуется, то. и за справедливостью решений и действий (бездействия) органов предварительного расследования и прокуроров все еще находится в процессе формирования, поскольку дискуссия о пределах компетенции суда на досудебных этапах уголовного судопроизводства не завершилась. Однако тенденция в ее формировании уже наметилась. С уверенность можно констатировать тот факт, что судами взят курс на "беспробeльность" судебного контроля. Последнее означает, что в порядке ст. 125 УПК обжаловать можно практически любой акт органов предварительного расследования и прокуроров, любое их действие (бездействие)¹ .

Особое место в формировании этой практики принадлежит Конституционному Суду РФ. Так, в постановлений по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 116, 211, 219 и 220 УПК РСФСР в связи с запросом Президиума Верховного Суда РФ и жалобами ряда граждан от 27 декабря 2002 г. не только было обосновано право заинтересованных лиц приносить жалобы на постановление о возбуждении уголовного дела, но и очерчены пределы полномочий суда общей юрисдикции, который в данном случае "проверят его законность, не предрешая при этом вопросы, могущие стать предметом судебного разбирательства при рассмотрении уголовного дела по существу".

До этого момента в теории российского уголовного процесса господствовало мнение, согласно которому судебный контроль в стадии предварительного расследования не следует распространять на решения и действия органов предварительного расследования, прокуроров, которые не препятствуют движению дела.

В то же время общеизвестно, что далеко не всегда органы предварительного расследования и прокуроры при возбуждении

44

уголовных дел соблюдают положения гл. 20 и ст. 448 УПК, в результате чего "действия и решения органов дознания, следователей и прокуроров порождают последствия, выходящие за рамки собственно уголовно-процессуальных отношений, существенно ограничивая при этом такие конституционные права и свободы личности, которые не могут быть восстановлены в результате отсроченного судебного контроля".

Благодаря принципиальной позиции Конституционного Суда РФ к 1998 г. в России сложилась практика рассмотрения жалоб на законность и обоснованность решений, действий (бездействия) органов предварительного расследования, связанных с продлением сроков предварительного расследования, проведением обысков, выемок, наложением ареста на имущество.

Относительная новизна института судебного контроля на досудебных этапах уголовного судопроизводства обусловливает отсутствие устоявшихся традиций и навыков у правоприменителей как при осуществлении конкретных судебно-контрольных действий, так и при определении подведомственности тех или иных жалоб.

Наиболее распространенной ошибкой является неспособность заявителей отделить собственно уголовно-процессуальные отношения, которые складываются между их участниками в ходе предварительного расследования в рамках расследования конкретного уголовного дела, от административных, дисциплинарных, трудовых и прочих отношений, которые всего лишь сопутствуют уголовному процессу и регламентируются совершенно иными отраслями права. Конфликты, возникающие вне сферы уголовно-процессуальных отношений, разрешаются в рамках административного и гражданского судопроизводства.

Рассмотрение в порядке ст. 125 УПК жалоб на решения и действия (бездействие) органов предварительного расследования и прокуроров, которые, во-первых, не препятствуют движению уголовного дела, во-вторых, не влекут существенного нарушения конституционных прав, свобод человека и гражданина, нецелесообразно, поскольку эти жалобы без ущерба для означенных прав и свобод человека и гражданина могут быть разрешены в судебном заседании при рассмотрении дела по существу.

45

---